|
 Убедившись, что голливудские хорроры и фантастические боевики нашему кинематографу не по плечу, Алексей Пиманов сделал весьма логичный вывод: надо возвращаться к истокам. Вот и решил он снимать приключенческое кино, где есть место и детективу, и любовной истории, и экшену, и столь любимой после «Места встречи изменить нельзя» Одессе. Однако, выступая и в качестве режиссера, и продюсера, и соавтора сценария, Пиманов не сказать, чтобы лицом, но ботинками в грязь-таки попал.
 На премьере он обратился к зрителям с призывом не быть строгими и дотошными, а просто получать удовольствие от фильма. Так что, удерживая в памяти сей «месседж», да памятуя о его прежних заслугах (как то программа «Человек и закон», сериал «Александровский сад» и с десяток неигровых фильмов) хотелось, и правда, быть добрым критиком и сказать о ленте что-нибудь хорошее. Но получилось почему-то как всегда.
В «Трех днях в Одессе» сюжет отсутствовал как категория. Вернее, теоретически он, конечно же, был (зря что ли сценарий писался?), но на деле оказалось, что зрителю подсунули какую-то мешанину из кучи «недосюжетов» лубочного типа, приправленных морем, солнцем, псевдо-Одессой и женскими ногами на афишах.
Сама история про «невыносимую жестокость» Георгия Константиновича Жукова в Одессе и о трехдневной операции по зачистке послевоенного (прошу обратить внимание!!) города хоть и имеет лейбл «Основано на реальных событиях», но по факту оказывается размазанной и невнятной. Да и сама Одесса 1947 года оказывается неправомочно вылизанной, красивенькой и чудно-прекрасной. А то, что война всего два года как закончилась и, по идее, в стране должны править бал голод да разруха, в фильме как-то не отразилось. Правильно, зачем киноэстетам дрянь всякую показывать? Лучше нарисовать гламурную картинку замечательной жизни, где даже воры живут в особняках.
Кстати, о ворах. Хочется повторить известную фразу «а был ли мальчик»? Мальчик в данном случае тот самый Виртуоз и его шайка, у которой и названия-то, кажется, не было. Во всяком случае, оно нигде не фигурировало. Сам Виртуоз тоже фигура потрясающая.  Местная милиция его даже к ногтю прижать не может, хотя он и не скрывается особенно. Вспоминаются московские зачистки, когда людей по корявому доносу, левой рукой написанному, сажали ни за что. А тут за хранение оружия да хорошую жизнь в эпоху восстановления СССР арестовать даже не могут... Неувязочка, господа!
Впрочем, таких вот ляпов в фильме не пересчитать. Например, почему для той самой трехдневной операции в Одессу пригнали так называемых «боевых офицеров-женщин», а не нормальных оперативников? Чтобы эстетики в фильм добавить? Ну что ж, пожалуй, барышня в ярких одежонках да с пистолетиками в чулочках, и правда, в мир несут красоту да удовольствие, особенно мужской половине человечества.
«Порадовало» и главное Исчадие Зла, кое было обряжено в темные одежды, помещено в приятный полумрак Одесской ночи и под таким соусом подсунуто зрителям. Не догадаться, кто у нас главный злодей не смог только ленивый. Правда, к концу фильма одиозный Бухгалтер уже с трудом вспоминается - столько всего понамешано в фильме.
Зато финальная сцена, в которой главный герой из последних сил плывет к катеру упомянутого уже злыдня, да потом устраивает из обыденной драки вполне голливудское мочилово со взрывами и пожарами заставляет не то криво ухмыляться, не то горестно вздыхать. «Врагу не сдается наш гордый "Варяг"», а как же! Зло побеждено, катакомбы успешно подорваны. Кстати, радостно, что хоть их не забыли. Одесса как-никак... С другими-то отличительными признаками наблюдается явная напряженка. Море и пляж, понятное дело, имеются, но на этом практически все и заканчивается.
 Впрочем, Пиманов сделал последнюю пытку прировнять свои «Три дня» к классике российского кино про бандитов и сыщиков made in Одесса: он вспомнил, что сей замечательный город находится на Украине, а значит имеют место быть характерные «шоканья» да фрикативные «г». Однако появляются они по какому-то волшебному расписанию. Главные герои говорят на чистом русском литературном языке, а вот второстепенные персонажи иногда вспоминают-таки о существовании одесского говора. Но все это оказывается таким неестественным и аномальным, что лучше бы и не существовало вовсе. Таким образом, все магическое очарование Одессы превращается в еще один грустный и надоедливый штамп. Стоило ли высасывать из пальца сюжеты, атрибутику и прочие элементы так называемого кино - вопрос спорный, но в любом случае, фильм у Пиманова вышел каким-то чрезмерно сумбурным и очень негуманным по отношению к народной памяти, которая еще хранит трепетные воспоминания о качественных советских приключенческих фильмах.
Влада Гриневски
|
