Майзингер: играй, музыкант!

Переехав в этом сезоне на новую сцену, Центр драматургии Казанцева и Рощина отыгрывает премьеру за премьерой. Очередным спектаклем труппы стал «Майзингер» в постановке Юрия Муравицкого по пьесе Германа Грекова. Это редкое сочетание классического стиля театральной постановки и современного содержания спектакля. Слово в «Майзингере» бьет по самым насущным проблемам сегодняшнего дня, подчеркивая роль каждого из нас в происходящем. Поначалу «Майзингер» напоминает чеховский «Вишневый сад».

«Чеховские» персонажи, на первый взгляд, начинают приобретать совсем другие краски с приездом Геннадия Павловича. Уверенный в себе, имеющий четкую точку зрения на происходящее в мире и совершенно неприемлющий всех модных веяний общества он заводит и держит под контролем любую дискуссию о современных проблемах.

В этих дискуссиях в доме Истоминой затрагиваются такие живые темы о том, что миром правят представители нетрадиционной ориентации (названные героем, конечно, намного грубее), кто живет в провинции и кто из неё вырывается, что правильно, а что нет; что такое русская интеллигенция и прав ли был Достоевский ; московский театр потакает испорченным вкусам населения вместо того, чтобы его формировать, и, наконец, кто кем хотел быть, и кем стал. Все эти вопросы и утверждения произносятся героями как бы невзначай, как будто совсем не имея отношения к действительности, а между тем зал смеется и хохочет, понимая всю глубину каждой реплики.

За таким веселыми (и не очень) рассуждениями и мог бы пройти очередной субботний вечер в доме Истоминой, если бы не телеграмма от некого Майзингера. «Завтра буду», - сообщает незнакомец и все  в недоумении начинают гадать кто же он такой.  Далее следуют телеграммы с посланиями: «Всё тайное скоро станет явным» и «Любите друг друга вопреки всему». Странные интригующие послания - и никто не собирается вроде им следовать, и никто вроде не боится этого Майзингера, но все начинают как-то странно меняться и даже раскрываться.

В первые несколько минут пьесы Некрасов чувствует себя чуть ли не главным в этом городе, он уверенно критикует те или иные вещи, рассуждает о жизни, о прозябании в провинции. Но как только появляется Зацепин, он тут же тушуется и робко высказывает свое мнение в его присутствии.

То же происходит и с доктором - от захлестнувших его чувств к Истоминой он даже начинает писать пьесы. Перед всеми он предстает робким, милым и ранимым человеком. И только служанке Аркадии он искренне и эмоционально высказывает всё своё настроение - и как он ненавидит свою работу, и как его достали все эти больные с одними и  теми же проблемами. «Такое ощущение, что у нас все только жрут и пьют», - с горечью бросает он и ведь оказывается совершенно прав.

Не тушуется лишь Софья, дочь Истоминой. Всячески издеваясь над Григорием, она как будто мстит тому, кого любила. А Григорий любит её «вопреки всему».

В итоге любящие люди находят друг друга, а «тайное становится явным». И только изрекающий истины Зацепин остается с похмельной головной болью по утру - для него Майзингер тоже придумал свой конец.

Кстати, о Майзингере. Мы же совсем про него забыли. Дословно в переводе с немецкого это означает «майский певец». Он приходит только в самом  конце спектакля и играет партию на трубе. Как будто финальный аккорд для пьесы жизни каждого героя, истинное значение которой они поняли в этот вечер.

Мария Терлецкая